Харьковский следственный изолятор N 27, как и большинство подобных ему учреждений в нашей стране, был построен еще при царском режиме. В будущем году исполнится ровно 200 лет с момента его закладки. По наполняемости он является самым крупным в Украине — в настоящее время в нем содержится свыше четырех тысяч человек.
Все лучшее — детям…
Соблюдя все необходимые формальности, попадаем на территорию
следственного изолятора. Старший инспектор социально-экономической работы
Андрей Яковенко предлагает начать знакомство с СИЗО с
корпуса, в котором содержатся несовершеннолетние. Деревянные полы и стены
выложены плиткой и оклеены обоями. Как-то не вяжется увиденное с серыми
стенами и тяжелыми решетками каземата. Решетки, правда, присутствуют — и в
коридоре, и на окнах камер. Заходим в одну из них. В ней — восемь
человек. Чистота. Двухъярусные кровати (даже язык не поворачивается
назвать их нарами) аккуратно застелены, стол, табуреты. На полу вместо
ковриков одеяла, на стенах — картинки, искусственные листья. Дополняет
обстановку цветной телевизор.
В следственном изоляторе корпуса с подобными условиями — женский и для
подростков. В подростковом корпусе маломестные камеры на восемь-десять
человек. На момент моего визита в нем находились в ожидании вердикта
суда за содеянное 164 человека. Около десяти — за убийство, почти
столько же — за наркотики и нанесение тяжких телесных повреждений,
остальные — за кражи и грабежи.
– Попадая сюда, дети испытывают шок, — рассказывает инспектор отдела
социальной психологии Елена Рикута, — ограничение во всем. Многие лишены
по жизни необходимого, а тут еще изоляция от общества. Это, конечно,
сказывается на психике. И наша задача не дать сломаться им окончательно.
Помочь осознать то, что они совершили, переосмыслить свою жизнь, но не
ставить на ней крест.
Несколько камер в корпусе переоборудовано под учебный класс, игротеку и
небольшой спортивный зал. У администрации есть задумка сделать спортивный
зал побольше, но все упирается в отсутствие финансов.
Для тех, кто стремится повысить свой интеллектуальный уровень, имеется
библиотека. Книги можно поменять один раз в десять дней. Дети
предпочитают читать фантастику, приключения, стихи и классиков. Взрослых
интересует духовная литература, философия, история и экономика. Некоторые
изучают иностранные языки. Вот только с газетами проблема. Зато в
следственном изоляторе работает кабельное телевидение. Транслируются
правовые, воспитательные, информационно-развлекательные программы,
кинофильмы. Проводятся различные конкурсы, которые записываются на
видеокамеру, и потом есть возможность их посмотреть.
…И женщинам
Как и на “гражданке”, в СИЗО болеют. Тогда на помощь приходят
медики из амбулатории и медсанчасти. У медицины свои проблемы — нехватка
кадров. Необходим гинеколог, так как некоторые женщины попадают в СИЗО в
пикантном положении. Рожают в родильных домах города и потом вместе с
ребенком возвращаются в изолятор.
– За какие грехи попадают к вам женщины? — задаю давно интересовавший
меня вопрос.
– В основном за кражи и грабежи, — вступает в разговор капитан Людмила
Мирошина. — А еще за наркотики, разбой, убийства. Многие не находят
адекватного выхода из создавшейся ситуации и преступают закон. Молодые
девчушки — дети улицы. Они все ожесточены, закомплексованы. Первое время
в камере жмутся друг к дружке. Потом постепенно оттаивают, начинают
общаться.
В женском корпусе — по шесть человек в камере, каждая из которых
напоминает, скорее, комнату в общежитии. Здесь, как и в других корпусах,
свои душевые, и у женщин нет проблем с личной гигиеной. В отдельном
корпусе, где оборудовали банно–прачечный комбинат, они имеют возможность
постирать и помыться. Горячая вода — от своей котельной, так что
перебоев не бывает. Есть даже камера матери и ребенка, которая сейчас не
пустует — в ней обитает одна женщина с трехмесячным младенцем. У малыша
есть все необходимое — столик для пеленания, кроватка для сна, коляска
для прогулок, пеленки, игрушки и ванночка для купания. Для мамы в камере
– душ. Словом, вполне приличные условия. Вряд ли такие будут в
специализированной колонии, куда обитателей отправляют после вынесения
приговора.
Тюремная “баланда” — борщ и каша
Как кормят арестантов? Выражаю желание посмотреть пищеблок. Нас с
готовностью провожают. По пути заходим в пекарню.
– В среднем мы выпекаем 2,5 тонны хлеба в сутки,– рассказывает
заведующая. — Люди работают в три смены по пять человек. Хлеб выпекаем
безопарным способом — так быстрее. Нам необходимо новое оборудование. Для
теста у нас одна емкость, а нужно четыре. Тестомесильная машина стоит 10
тыс. гривен. Но нет спонсора, а своих денег не имеем.
Посочувствовав, движемся дальше. В пищеблоке разгар работы. Интересуюсь,
что на обед.
– На первое борщ, на второе каша,– с готовностью доложил шеф-повар. –
Чай заваривают на месте, мы доставляем только кипяток.
– Ну а сахар и что нибудь к чаю? — допытываюсь.
Мне объясняют, что все это доставляют родственники передачами либо
приобретается в магазине по выбору. Прошу провести меня в магазин. Что и
говорить, есть из чего выбирать. В ассортименте товары первой
необходимости и продукты питания. Напитки, сигареты, конфеты, консервы,
печенье, даже мороженое. Следственно-арестованные имеют право четыре раза
в месяц получить нужные им товары по безналичному расчету на общую сумму
185 гривен.
Мужские проблемы
Завершение нашего пути — мужской изолятор. Этот корпус был заселен
в два этапа. В 1996 году — первые два этажа, а в 1997-м — третий. На
каждом этаже по 30 камер, в которых, в зависимости от размера, находится
от 6 до 15 человек. Условия содержания более жесткие, чем в женском и
подростковом корпусах. С момента заселения ремонт не производился, так как
некуда переселить такую массу людей.
Правда, уже начато строительство 8-го корпуса, в котором предусматривается
максимальное приближение к европейским стандартам. Планируется отвести на
человека не менее четырех квадратных метров вместо имеющихся 2,4. Но для
завершения строительства нужны деньги, и немалые, хотя руководство
надеется эту проблему решить.
Интересуюсь, как обстоят дела со свиданиями. Оказывается, те, у кого
приговор не вступил в законную силу, могут пообщаться с посетителями в
специально оборудованном помещении по телефону. Отбывающие наказание в
СИЗО имеют право два раза в месяц в течение четырех часов пообщаться с
близкими родственниками в комнатах свиданий. Проходим в одну из них –
обои, картины, мягкая мебель. Для детишек предусмотрена детская комната,
вся разрисованная веселыми зверюшками. К услугам посетителей — душевая и
комната, где они могут приготовить чай, бутерброды, либо разогреть пищу.
Кстати, вся мебель изготовлена в учебно-производственной мастерской тут
же, на территории СИЗО, откуда она поступает в торговую сеть. Это едва ли
не единственный путь к самостоятельному зарабатыванию средств. Работают в
мастерской заключенные с малым сроком наказания, так называемые
“хозяйственники”. После вступления приговора в законную силу они по
желанию остаются в следственном изоляторе и отбывают свой срок, работая
поварами, пекарями, строителями, ремонтниками и т.д. Проживают в отдельном
корпусе.
На вопрос о планах на будущее начальник СИЗО полковник внутренней службы
Сергей Петрович Тарасенко со вздохом отвечает: “Планов много. Вот хотим
церковь построить, бассейн, расширить учебно-производственную мастерскую,
отремонтировать коммуникации, перестроить столовую, всего не перечесть. Но
на все требуются средства”.
Надежда МОИСЕЕНКО
