До сих пор никому не удалось написать более полного и более добросовестного труда по истории нашего города, чем Дмитрию Багалею и Дмитрию Миллеру. Их “История города Харькова за 250 лет” по-прежнему является основным источником информации о нашем прошлом, тем более что многие архивы безвозвратно потеряны во время бомбежки города в 1941 году. А еще, кроме этого двухтомника, Дмитрий Иванович Багалей (1857-1932) вошел в историю выдающимся политическим деятелем и руководителем города в один из самых тяжелых периодов его истории.
Дмитрий Иванович не был местным уроженцем. Он вырос в Киеве и там
же окончил университет св. Владимира под руководством знаменитого
украиниста Владимира Антоновича. Тогда же и у того же учителя формировался
и другой знаменитый историк — Михаил Грушевский. Уже во время учебы у них
выработались стойкие расхождения, перешедшие со временем в личную
неприязнь.
В чем же были эти самые разногласия? Да прежде всего в том, что Д.Багалей,
как и его учитель В.Антонович, считал несвоевременными любые обобщающие
труды по истории украинского народа в границах всей территории его
расселения. И немудрено — ведь львовяне не жили при Александре III, а
харьковчане и киевляне — при Франце-Иосифе. Дмитрий Иванович был убежден,
что писать надо историю каждого региона в отдельности. Грушевский же видел
прошлое и будущее Украины в “отрубности” от России и Австро-Венгрии (затем
– Польши) и создавал национальную мифологию.
Из Киева Д.И.Багалей переехал в Харьков и связал судьбу с местным
университетом. В нашем космополитичном городе укоренились демократические
взгляды ученого, напрочь лишенные как украинского национализма с его
русофобией и комплексом ненависти и страдания, так и великорусского
шовинизма, пренебрегающего любыми национальными особенностями. Здесь в
1887 году он стал профессором, а в 1918-м — академиком.
С 1901 года Д.Багалей являлся гласным городской думы. Вместе с городским
головой Александром Погорелко и думцами Николаем фон Дитмаром, Николаем
Сумцовым и Сергеем Раевским они отстаивали демократическое самоуправление.
Так, например, в 1907 году они добились открытия клиники глазных болезней
Л.Л.Гиршмана. Губернатор Николай Пешков хотел запретить строительство под
тем предлогом, что знаменитый врач имеет еврейское происхождение. Но
особенно тяжелой была работа думы в то время, когда губернатором был
упрямый и недалекий Митрофан Катеринич. Какая бы идея ни приходила в
головы А.Погорелко, Д.Багалея и других думцев-демократов, она либо
отклонялась, либо клалась под сукно.
До Февральской революции Д.И.Багалей был близок к кадетской партии. Именно
по инициативе ее лидера, коллеги-историка Павла Милюкова, Дмитрий Иванович
в 1906-м и 1912-1914 годах избирался в Государственный совет от всех
российских университетов. И там он отстаивал не только права вузов, но
прежде всего интересы Харькова. Ведь уже к тому времени его история города
и история университета были опубликованы.
26 декабря 1912 года весь город пришел проститься с городским головой
Александром Константиновичем Погорелко. Катеринич, разумеется, нашел дела
в столице и оставил вместо себя вице-губернатора Стерлигова. Всем было
понятно, что предстоят новые выборы. И они состоялись… спустя почти два
года. Кандидатуры, предложенные думой, не нравились Митрофану Кирилловичу,
а протеже губернатора черносотенец Иван Бич-Лубенский — городским
избранникам. Лишь 10 декабря 1914 года Катериничу пришлось согласиться с
избранием Дмитрия Ивановича Багалея городским головой Харькова.
8 июня 1915 года у Николая II наконец-то хватило ума заменить губернатора.
Вместо всем надоевшего за семь лет Катеринича из Самары был переведен
мудрый тайный советник Николай Васильевич Протасьев. Он сразу поправил
положение, существовавшее при шести его предшественниках — нашел общий
язык с думой и городским головой. Да и не до дележки полномочий было –
вовсю бушевала первая мировая война. В Харьков стягивались эшелоны с
ранеными и эвакуированными. Надо было в кратчайшие сроки развернуть работу
прибывшего из Риги завода “ВЭК” (ныне ХЭМЗ) и возобновить занятия в
Варшавской сельхозакадемии (ныне ХГАУ им. Докучаева). В это трудное время
Протасьев и Багалей не допустили распада городского хозяйства и роста цен
на продукты и товары первой необходимости. Смерть губернатора 26 ноября
1915 года стала большим ударом для отношений города с центральной властью.
Ни князь Николай Оболенский, ни Аркадий Келеповский не имели авторитета
Протасьева, но с Дмитрием Багалеем в серьезные конфликты не вступали. А
там уже и Февральская революция подоспела. В августе 1917 года Дмитрий
Иванович сложил полномочия городского головы в пользу эсера Сергея
Чтефановича. На первых в истории города всеобщих выборах в думу в июле
того же года он был избран в думу от Украинского демократического блока.
При всех часто менявшихся властях Д.Багалей отказывался от возвращения на
пост городского головы — не хотел принимать участия в революционном
беспределе. Он также отверг предложения гетмана Скоропадского возглавить
правительство Украины, но согласился стать вице-президентом Украинской
Академии наук. Когда в Харьков вошли войска генерала Деникина, избранная в
1917 году дума в последний раз избрала городского голову. Им по
предложению Д.Багалея стал в июне 1919 года его ближайший сподвижник,
“отец харьковского трамвая”, кадет профессор Николай Николаевич Салтыков.
Все это время Д.Багалей вел активную просветительскую деятельность:
участвовал в открытии украинских гимназий, выпускал научно-популярные
брошюры, а в 1918 году вышел его знаменитый труд “История Слободской
Украины”. Советская власть Д.Багалея не жаловала, хотя и приняла решение о
передаче его квартиры в бессрочное пользование семье академика. В 1927
году отметили его 70-летие, но все материалы торжественного мероприятия
отправились в “спецхран” вместе с мемуарами Дмитрия Ивановича. Вскоре в
другой “спецхран” под названием ГУЛАГ отправились его ученики. Дмитрий
Иванович Багалей умер 9 февраля 1932 года, а в конце 70-х годов его прах
был перенесен на 13-е кладбище.
Дмитрий ГУБИН
